Цепь. Будка. Офис. Работа.

Горло сжимает ошейник. Он впивается постоянно и я всё время его чувствую, хотя пытаюсь не замечать. В данный момент вся моя жизнь - это вот этот самый ошейник и цепь. Цепь, которая не даёт мне уйти, сорваться с места, а лишь слегка отпускает на небольшое количество шагов. И потом уже никуда не двинешься. Сколько не пытайся – дальше того места, куда позволяет дотянуться свободное пространство цепи, уже не попадёшь. Иногда хозяин отпускает меня погулять без натирающего ошейника, но потом всё равно садит на привязь.

Ненавистный галстук сжимает шею. Вся моя жизнь – это моё рабочее место с 9 до 18 и семья с перерывом на сон с 20 до 7. И выходные. Можно оторваться по полной, но осознание грядущих рабочих дней не даёт полностью расслабиться. Корпоративные правила очень жёстки: нельзя приходить без галстука, нельзя отлучаться с рабочего места, нельзя даже толком пообедать. Мобильный - самое дурацкое изобретение. Он держит человека на поводке, не позволяя никуда спрятаться. Даже в туалете тебя может настигнуть звонок, и шеф начнёт выяснять, где ты находишься.

В округе слышны побрехивания моих сородичей-собак. Звонкие и глухие, надрывные и ленивые гавканья постепенно приближались, усиливаясь от двора ко двору. Мимо проехал велосипедист. Ненавижу его. Сам соскакиваю с места и начинаю его облаивать, чтобы он не смел приближаться к моему двору.

Из пасти вылетает слюна, уже начинающая пениться, голос сразу садится и из горла, перехваченного ошейником, льются сиплые, кашляющие звуки. Мой лай подхватывают соседские собаки и велосипедист скрывается под ор наших голосов. Из дома выходит хозяин и кричит: «Заткнись!». Постепенно гавканья затихают и я снова ложусь возле будки на зацементированный двор. Закрыл глаза и прислушиваюсь к уже редким и тихим потявкиваньям вдалеке.

По офису прошёл слух, что зарплата будет нескоро. Ропот сотрудников в курилке. Никто не может сказать всё напрямую шефу, и потому чешем лясы, обсуждая поведение секретутки или бухгалтеров, менеджеров или ай-ти работников. Потом по всем кабинетам будут курсировать сплетни, обрастая разными подробностями, эхом проходя по всем этажам офиса.

А когда слухи преукрашенные нами же долетят до начальства мы сможем только, как говорят украинцы, «брехать», то есть, врать. Отбрехиваться от наветов, наклёпов и тому подобной ерундистики. Только бы не трогали. И, уткнувшись в компьютер, лазить по сайтам, играть в «Косынку», «Минёра» и «Лайнс».

Засыпаю. Во сне вижу косточку. Ту самую кость, которую закопал возле палисадника, когда хозяин отпускал меня побегать. Скорей бы он пришёл и выпустил побегать. Везёт же им – людям. Делают всё, что хотят, и на цепи их никто не держит, и косточками могут делиться. Хотел бы я стать человеком.

Единственная отдушина на работе – полазить по сайтам. Вот – ещё один развлекательный портал. Фотки животных. Хм, собачки. Есть пару улыбательных картинок. Наверное, здорово быть собакой. Не заботиться ни о чём, бегать просто так. Хотел бы я быть собакой.